Иванов Порфирий Корнеевич: Ричард Бах. Чайка по имени Джонатан Ливингстон.

Ричард Бах. Чайка по имени Джонатан Ливингстон.



Bah - Chayka
Вложения:



























(сообщение от пользователя: mihail57)




Порфирий Корнеевич Иванов


Здравствуйте!
Евгений, благодарю за “Чайку”. Это – подарок. Хочу показать вам одно письмо. В 1995 г. моему другу посчастливилось встретиться с Ричардом Бахом. Они подружились, и, прощаясь, договорились обмениваться книгами: как только Ричард что-то напишет, он высылает ему, как только что-то напишет мой друг – высылает Ричарду. Так и получилось. Перед новым 2003 годом Ричард и его жена Лесли прислали своё письмо-поздравление. Вот отрывок из него.

…Ты спрашиваешь, что я мог бы сказать твоим друзьям природы в России. У меня удивительное чувство близости к вам, и я думаю, что это чувство испытывает всё большее и большее число людей в Америке. У нас разные языки, но сердца и мысли у нас одни и те же. И всё, чего я хотел бы – спрашивать, что думает человек, чему он научился, что он хочет делать, что он не хочет делать, куда он идёт, чего он боится. Я и Лесли любим задавать такие вопросы. Когда задаёшь их, приходят ответы, о существовании которых ты и не догадывался.
Я считаю, что понятие нация нужно сформулировать заново. Границы нации проходят не по пограничным столбам, они проходят на уровне мысли, объединяя людей по видам их любопытства. Нация, к которой принадлежу я, – это нация ищущего сознания. Это целая страна, в которой много людей. Но существуют и другие страны, и каждый волен выбирать себе гражданство. Существует, например, страны, граждане которых верят, что пространство и время ограничены, что потребление их человеком – это главное, а насилие – способ разрешения конфликтов. Мне это неинтересно. Просто скучно.
Я уже прошел этот путь. Мы все как человеческие существа любим риск, любим ходить по краю Нас увлекает идея подойти к полному разрушению и в последнюю секунду сделать красивый поступок и спасти себя. Это то, чем мы на самом деле наслаждаемся в своём сердце. Но вот я читаю твоё письмо и ощущаю, что наша семья на самом деле значительно больше, чем я думал. Раньше я считал, что мы в меньшинстве. Я думал, что людей, разрушающих планету и друг друга, больше тех, кто понимает, что на свете есть более увлекательные вещи. Тысяча случайностей и тысяча друзей приходят к нам, чтобы показать, как преодолевать препятствия, с которыми, на первый взгляд, слишком сложно справиться в одиночку. И ПОКУДА МЫ ВЕРИМ В СВОЮ МЕЧТУ – НИЧТО НЕ СЛУЧАЙНО. «Когда я смотрю в твои глаза, я тем самым заглядываю в свои».
Если представить себе нашу обычную жизнь, как существование на некой детской площадке, то мы в той же степени располагаем свободой, в какой обладает ею любой ребёнок на детской площадке. Мы можем сказать: «Я не хочу иметь ничего общего с происходящим», и будем стоять в углу и отказываться использовать то, что нам предлагают. Но мы можем и изменить наше отношение к происходящему и сказать себе: «Я получу столько удовольствия, сколько смогу, и научусь всему, чему только можно научиться на этой огромной детской площадке». С этой площадки мы выходим с более глубоким пониманием того, что мы уже знали до того, как пришли на площадку. Нам просто приятно чувствовать, как Дух поёт через движение, звуки, виденье, запахи, как этот поток жизни поднимается и опускается. Нам это просто нравится.
Я использую этот опыт как школу, как точку перспективы, к которой можно стремиться. Она дала мне возможность понять: единственное, что в этом мире неразрушимо, – это мы. Вся планета может превратиться в пепел. Солнце может стать новой звездой, но на нас не останется ни одной царапины. Мы неразрушимы. Мы как сущность, как любимый ребёнок, как фокус безграничной любви, как участники бытия Духа – неразрушимы и не незаменимы. Мы незаменимы для любви. Когда мы смотрим на звёзды в небе, мы обычно думаем, что они вечны. Они не вечны, вечны мы. Они – это только тени, которые проскальзывают. Для меня это было очень значительным откровением, которое в тот день дал мне горящий столп любви. Я думаю, что никогда это не потеряю.
Не стоит заботиться о том, что думает твой внутренний наблюдатель, что думает читатель, что думает твой друг. Когда я сажусь за клавиатуру компьютера, передо мной стоит маленький плакатик, на котором написано: «Получай удовольствие, не думай, не заботься ни о чём». И не старайся выглядеть прилично, ибо это ключ к обманыванию себя, который эксплуатируется снова и снова. Единственное, что нужно, – это бросить себя в бешеный поток бушующей реки, которая несёт к водопаду, высоту которого ты не знаешь, и позволить себе быть унесённым. Из этого ревущего, кувыркающегося потока родится нечто, что будет интересно. Это и есть тот подарок, тот дар, который нужно отдать.
Так вот мой ответ: ваш труд в природе, перефразируя Рея Брэдбери, действует сразу в двух направлениях. Он сообщает мне чувство Полёта, и возвращает мне молодость. Время от времени ты будешь встречать членов своей семьи. Всё, что я пишу, и ты делаешь, это не для того, чтобы сказать и сделать вещи, которые до нас никто не говорил и не делал. А для того, чтобы исполнить это на языке своего времени. И всё, что мы можем сделать, – напомнить об этом. Это значит, что теперь мы будем изобретать новые способы, как испытать себя, бросать вызов самим себе. 23.12.02
(сообщение от пользователя: Yanni)



Иван, Чайку выложил Михаил.
А я, тоже конечно, читал её в своей жизни,
и очень был рад встрече с этим откровением, данным нам через Ричарда.
Письмо великолепное, чувствуется высокое состояние духа этого человека.
Очень трудно его изобразить. Оно или есть или нет.
В двух местах, слово удовольствие, я заменил бы на радость. Но возможно он именно радость и ощущает. Спасибо за письмо.
Евгений.
(сообщение от пользователя: student)



Здравствуйте!
Евгений и Михаил! Спасибо вам за единодушие. Спасибо за радость. Скажу по правде, с «Чайки» и этого письма началось моё вхождение в систему. Осознал это много позже, и когда включился в природные занятия, было легче понять, «как Дух поёт через движение, звуки, виденье, запахи, как этот поток жизни поднимается и опускается». Тогда перед нами встала та самая задача, о которой вы пишите: «Очень трудно его изобразить». В любом “высоком состоянии духа человека» передо мной сразу встаёт задача воплотить это «состояние Духа» в своём сознании, в теле и образе жизни. Помните у Учителя: «Главное – не как ты понимаешь, а как выполняешь». Добавлю: и применяешь. А у Джонатана: «Мартин! – разносился по небу его голос. – Ты говоришь, что умеешь летать на малой скорости. Говорить мало, это надо ещё доказать. ЛЕТИ!... Всё ваше тело от кончика одного крыла до кончика другого, - снова и снова повторял Джонатан, - это ни что иное, как ваша мысль, выраженная в форме, доступной вашему зрению. Разбейте цепи, сковавшие вашу мысль, и вы разобьёте цепи, сковавшие ваше тело».
Один из главных признаков зрелости духа – не расчеловечиться. Это даже не осуждение, а полное отсутствие потребности что-то доказывать. И – Делать!
Чуть завидую Ангелине, в её программе путешествий по Америке есть встреча с Ричардом. Мы знаем, что сейчас он хворает после аварии. Ей предстоит собой представить героев его книг «Единственная», «Иллюзии», «Мост через вечность» и др. А иначе, зачем встречаться? Такие встречи меняют людей.
Иван.
(сообщение от пользователя: Yanni)



Здравствуйте!
В 1982 году была написана Повесть-аналог притчи Ричарда Баха «Чайка по имени Джонатан Ливингстон»
повесть-притча ЧЕЛОВЕК ПО ИМЕНА ПАРШЕК ИВАНОВ. Учитель знал об этой повести и радовался, получая её главы.
Предлагаем вашему вниманию повесть-притчу

ЧЕЛОВЕК ПО ИМЕНА ПАРШЕК ИВАНОВ

И поучал нас, сидящих во тьме
Восток свыше, притчами говоря,
и направлял стопы наши по пути мира.
Вы же послушайте значение притчи
о невыдуманном Джонатане Чайке,
которая живёт в каждом из нас

Часть первая

Настало утро и золотые блики молодого Солнца заплясали на спокойных волнах моря Житейского.
В версте от Поселения плодородная земля заколосилась поспевающим зерном. Весть о начале уборки мгновенно всколыхнула людей, ожидавших урожая, и вот уже тысяча тружеников сошлись на пашне, чтобы силой или хитростью добыть от земли свою долю пропитания. Ещё один хлопотливый день вступил в свои права.
Но вдали от всех, вдали от урожайной страды и от Поселения в полном одиночестве совершал свои занятия человек по имени Паршек Иванов. Проголодав три дня, Паршек разулся, снял пиджак, рубашку и, превозмогая стыдливость, вышел из балочки и поднялся на Чувилкин Бугор. Вытянутые вперёд и гвоздившие его насмешки и пальцы поселян мешали ходу, и он шел медленно, но ветер едва слышно шептал над ухом слова Бодрости, а земля под ним казалась просторной и неподвижной. Он прищурил глаза и весь обратился в одно-единственное желание: вот он задержал дыхание и чуть… чуть-чуть… на одно мгновение… улыбнулся.
- Здравствуйте..., – сказал он.
Стопа наткнулась на что-то острое, он вытянулся, замер и, низко опустив голову, быстро побежал прочь.
С тех пор он стал здороваться и ходить босиком, в одних брюках.
Люди, как вы знаете, не думают о надобности здороваться с незнакомыми и никогда не раздеваются «при народе». Раздеться «на людях» для человека бесчестье, для человека это – позор.
Но Паршек Иванов, который не стыдясь вновь и вновь здоровался и освобождал своё трепетное тело от одежд, от обид, от насмешек и ран – был не каким-нибудь заурядным человеком.
Большинство людей не стремится узнать о жизни ничего, кроме самого необходимого: как дожить до завтра – дня заветного и сладкого, и как прожить, добро скопить для скудного дня чёрного. Для большинства людей главное – достаток, а не совершенство. Для этого же человека, наоборот, главное было не в еде и благополучии. Больше всего на свете Паршек любил Свободу. Свободу тела, мысли, поиска, открытия, свершений.
Но подобное пристрастие, как он понял, не внушает уважение людям. Даже его родители были встревожены тем, что Паршек целые дни проводит в одиночестве, снова и снова занимаясь своими опытами.
Он, например, не понимал, почему, проходя низовьями Дальнего Лога, сквозь туман и сырость запревших полей, ему становилось легче и теплее, когда он тянул гортанью воздух с высоты, и шел дальше почти без усилий. Его возвращения на ранней заре заканчивались не поспешным укладыванием в мягкую постель, а шумным омовением ключевой водой из вёдер. Но когда ранней осенью он начал, шлёпая босыми ногами по замёрзшим лужам, обливаться на холоде, а потом подолгу стоять на сыром ветру и сушиться, а после ложился в сенях на лавку, его родители, естественно, встревожились не на шутку. Но после того, как он заночевал в сугробе под окном, мама не выдержала.
- Почему, сыночек, почему? – спрашивала мать. – Почему ты не можешь вести себя, как все мы? Почему ты не предоставишь обливаться водой «моржам»? А разгуливание голышом – африканским дикарям? Почему, почему ты ничего не ешь? Сын, от тебя остались кожа да кости.
- Ну и пусть, мама, от меня остались кожа да кости. Я хочу знать, что в Природе, среди воздуха, воды и земли, я могу делать, а чего не могу. Я просто хочу знать.
- Послушай-ка, Паршек, - говорил ему отец без тени недоброжелательства. – Твоя зрелость не за горами. Ты вырастешь и тебе придётся самому добывать свой хлеб насущный. Если тебе непременно хочется учиться, - изучай пищу, полезные ископаемые, изучай силы природы. Или учись добывать их на благо своих соплеменников и родных. Совершенствование – это, конечно, очень хорошо, но одной природой с её воздухом, водой и голой землёй сыт не будешь. Не забывай, что ты живёшь и совершенствуешься ради того, чтобы кормить семью и работать.
Паршек покорно кивнул. Какое-то время он старался делать то, что и все, старался изо всех сил. Он учился, а поступив на работу и освоив свои обязанности, отчаянно боролся за план и выступал за честь и справедливость своего ремесла, своим трудом отстаивая право голоса в кабинетах и собраниях. Женившись, он всеми путями старался обеспечить свою семью и детей. Всё было: и говорил несвободно, и жил подчинённо, и делал то, чему был обучен в текущих делах. Делал всё, чтобы только выбиться в люди, поставить детей на ноги, жить не хуже других. Но все благие начинания и намерения не доводились до конца, рвались и попадали впросак, и у него ничего не получалось.
«До чего противно! Жаль, и какая бессмыслицы! – понял он и решительно швырнул на стол с трудом добытый приказ о повышении, уступив место старому специалисту и общественному деятелю. – Я мог бы потратить всё это время на то, чтобы учиться Независимости. Мне надо узнать ещё так много!».
И вот снова Паршек далёк от «осознанной необходимости», опять один – голодный, радостный, пытливый.
Он изучал на самом себе эффект сознательного воздержания от еды, и за месяц тренировок узнал о голодании больше, чем самый опытный голодальщик на этом свете.
В то утро, пробежав в своём естественном «костюме» десять вёрст по заснеженному полю, он приступил к длительному голоданию. Перемежая пробежки с купанием в холодной Колдыбани-реке, он понял, почему люди, находясь в экстремальных условиях войны, голода и бедствий, меньше болеют. Шел уже пятый день его терпеливого «поста», срок, при котором печень теряет свою функциональную устойчивость.
Изо дня в день шли тренировки. Но как он не старался, как ни напрягал волю, достигнув седьмого дня, он едва справился с дыханием на обратном пути. Раз за разом одно и то же. Массаж ног, мощный рывок вперёд, переход к замедленному бегу и стремительный прыжок в воду. А потом, каждый раз, отдышавшись после плавания, он напивался от чистой струи воды и резко начинал бег, чтобы сразу воспользоваться свежестью от купания. И будто пожираемый пламенем, скособочившись и ковыляя, сумерками, через огороды он возвращался в Поселение.
Несмотря на все старания, бег не удавался. Он сделал десять попыток и десять раз, как только напившись, он начинал свой бег, тело его обращалось в неуправляемый сгусток боли и воли, и он камнем летело в снег.
«Всё дело в том, - понял Паршек на последней стадии утомления, - что во время купания нельзя пить. Нужно очень крепко дышать, тянуть воздух с Высоты, а при пробежке, наоборот, задерживать дыхание, бежать, пока хватит сил, а потом опять вдох».
Эту ночь он провёл, не смыкая глаз, в поле, в стогу сена, а наутро попытался повторить опыт: войдя в воду, он, бурно дыша и отфыркиваясь, несколько раз нырнул, а когда вышел на берег, то вновь резко втянул воздух и медленно побежал на проглоченном вдохе. Такое дыхание потребовало неимоверного напряжения, но он добился своего. Взмахивая руками, весь в клубах пара, он промчался неуловимой тенью по центральной улице Поселения, поразив воображение всех его жителей.
Но он недолго упивался победой. Как только он попытался выйти из голодания, как только он немного поел, его внутренности охватил безжалостный огонь, он жёг мозг и тело, разрывал его на куски, как динамит. Он пошел за огороды, к реке. Недалеко от Чивилкиного Бугра Паршек не выдержал и рухнул в мягкий, как пух, снег.
Когда он пришел в себя, была ночь. Он лежал в лунном свете на льду Колдыбани. Истерзанное тело было налито свинцом, но бремя неудачи легло на его спину ещё более тяжким грузом. У него появилось смутное желание, чтобы этот груз незаметно увлёк его на дно, и тогда, наконец, всё будет кончено.
Он начал погружаться в полынью и вдруг услышал незнакомый глухой голос в самом себе: «У меня нет выхода. Я человек. я могу только то, что могу. Родись я, чтобы узнать так много о возможностях человека, у меня была бы не голова, где «разум гордый, дерзновенный», а источник адского терпения, утоляющий жажду закалки-тренировки. Родись я не вором и грабителем, потребляющим Природу, моё тело сохранялось быв в утробе Матери, и я был бы самородок, и она бы сохраняла меня. Мой отец прав. Я должен забыть об этом безумии. Я должен вернуться домой, к своей семье и довольствоваться тем, что я такой, какой есть – жалкий, слабый человек».
Голос умолк и Паршек смирился. «Ночью – место человека дома, в постели, - решил он, - и отныне я не буду ничем отличаться от других. Так будет лучше для нас всех».
Он устало оттолкнулся ото льда и побрёл к околице, радуясь тому, что успел научиться ходить по снегу босиком, не обжигаясь, оттягивая для этого пальцы ног вверх.
«Но нет, - отогнал он утешение, - я отказался от жизни, я отказался ото всего, чему научился. Я такой же человек, как все остальные, и я буду жить так, как живут все люди». С мучительным трудом он преодолел Бугор и энергично зашагал, торопясь домой.
Он почувствовал облегчение от того, что принял решение жить, как живут люди. Распались цепи, которыми он приковал себя к колеснице познания. Не будет борьбы, не будет и поражений. Как приятно перестать думать и шагать, не оставляя следов, из темноты к жилым огонькам.
- Оглянись! – раздался вдруг тревожный глухой голос. – Люди всегда за собой оставляют следы!
Но Паршеку не хотелось слушать. «Как приятно, - подумал он и оглянулся. – Луна и блеск снежинок, которые играют на снегу и прокладывают в ночи дорожки сигнальных огней, и кругом всё так мирно и покойно…»
- Спустись на землю! Земля – опора для человека! Люди всегда оставляют следы на своей земле. Родись ты, чтобы летать, у тебя были бы не лёгкие, а аэрозонд! У тебя была бы не голова, а источник адского терпения! У тебя было бы тело, воссозданное водой!
Там, в ночи, среди снежного плена, Паршек Иванов прищурил глаза. Его боль, его решение – от них не осталось и следа.
Земля под ногами – опора в познании, источник роста и продолжительности жизни!
Вода – строительный материал для тела, источник помыслов и чистоты сознания!
Воздух – питательная среда для жизни, источник жизни независимости и неумираемой!
Вот в чём разгадка! «Какой же я дурак! Всё, что мне нужно – это сосредоточить мысль на живой Природе. Стать учеником Воздуха в освобождении моего тела! Стать учеником Воды в освобождении человечества от оков рабства. Стать учеником Земли в процветании всей Природы на планете. Вот что мне нужно – стать ниже всех! Быть вежливым перед всеми!».
Он поднялся на вершину Бугра. Начиналась метель. Повалил снег. Не задумываясь ни на мгновение о неудаче, о смерти, широко расставив сильные ноги, он подставил ветру открытое в улыбке лицо и поднял вверх руки.
Ветер оглушительно ревел над его головой. Семь минут, девять, двенадцать… Паршек стоял неподвижно. Сейчас, на исходе ночи, он не чувствовал такого напряжения, как раньше. Едва заметного движения пальцев оказалось достаточно, чтобы снежный шквал вдруг осел. Ветер, серый при свете Луны, пронёсся над степью как пушечное ядро. Всё стихло на пути мира. Свыше, сквозь тень, светлел Восток.
Он сощурился, чтобы защитить глаза от Солнца, и его охватила радость. «Стать в Природе ниже всех – в этом нет вины! Это не значит стать ничтожеством. Разве виноват чудо-плод в утробе, привязанный к телу своей матери? Ничтожны и виновны ли красивые цветы и деревья, пуповиной корней привязанные к земле? И разве ничтожны могучие и мудрые животные, привязанные к жизни той же пуповиной инстинкта самосохранения? Нет, не вина, а беда наша в том, что все на земле умираем. И во главе этого безславного и бурного потока шествует – прямо в ничто – Человек. Не научась в Природе ничему, он обрёл у «братьев меньших» лишь ту же пуповину привычек и инстинктов для того же выживания сильного за счёт бессильного. Человек должен повернуть этот поток от смерти к Жизни!
«Если завтра я начну тренировку не только без еды, но и без воды, интересно, какие возможности…!».
Благие намерения позабыты, унесены стремительным ураганным ветром. Но он не чувствовал угрызения совести, нарушив обещание, которое недавно дал самому себе. Такие обещания связывают людей, удел которых – заурядность. Для того, кто стремится к знанию и однажды достиг совершенства, они не имеют значения.
На следующий день Паршек возобновил тренировку.

Приближалась весна, и с высоты Чивилкиного Бугра белоснежная земля казалась забрызганной купелью Вселенной, а люди в низине – лёгким облачком пляшущих пылинок.
В это утро Паршек был полон сил. Он стоял у Плотины реки и слегка дрожал от радости: он был горд, что сумел побороть страх. Не раздумывая, он оставил на берегу брюки и обнажённым вошел в воду. Заплыв на середину реки, Паршек лёг на солнечную дорожку и раскинул руки. Он опустился в глубину, как чёрный крест, так тихо, что даже не потревожил сонных рыб. Время остановилось и вода превратилась в плотно вибрирующую стену звуков, которая не позволяла всплыть на поверхность. Он потерял счёт времени, а глаза увидели яркий свет ослепительной силы. Он окунулся за край света, а услышал пульс Человеков, грохочущий биением сердец на стыках всех поколений. Он оставил берег – край земли, с вершины которой бежали люди, а встал у изголовья света – у начала новой жизни, стал опять ниже всех…
Но СТАТЬ – это мощь, СТАТЬ НИЖЕ – это радость, СТАТЬ НИЖЕ ВСЕХ – это незамутнённая красота.
На берег, по склону Бугра, бежали люди. В руках у них были багры и сети. Земля, небо и лицо людей накренились и с фантастической быстротой вырастали в размерах, преграждая ему путь.
Он не умел передвигаться под водой. Он даже не знал, как подняться на поверхность.
Всплытие – мгновенная смерть
Он закрыл глаза.
Так случилось в то утро, что на восходе Солнца, Паршек Иванов достиг возможности длительного пребывания под водой. Под оглушительную тишину рассвета он освободился от сетей и вышел из толпы изумлённых поселян. Удача и на этот раз улыбнулась ему – он не погиб.
В ту минуту, когда Паршек поднял лицо в небо, он всё ещё не мог наладить дыхание. Когда ему удалось привести пульс к норме и он смог, наконец, вздохнуть всей грудью, река находилась на расстоянии трёх километров позади него.
Он понимал, что это триумф. Возможности человека безграничны! Два часа четырнадцать минут под водой для человека! Это был прорыв, незабываемый, неповторимый миг в истории человечества и начало новой эры в жизни Паршека.
Он продолжал всё лето свои одинокие тренировки. Он нырял с крутых берегов и скоро научился перемещаться под водой. Он заплывал на середину, разбрасывал руки и… научился спать на воде. Паршек был первым человеком на земле, который научился выполнять фигуры высшего пилотажа под водой. Он опознал Воду и она принимала его.
Но задолго до этого он понял, что если он приложится своими руками к больному месту человека, то болезнь уже теряет силу, враг, несущий смерть, побеждён. Он говорил: «Если я поставлю этого человека на ноги, то моя идея правильная». И он ставил на ноги парализованных и хромых, исцелял калек, возвращая здоровье нуждающимся и больным.
В тот день он не стал тратить время на болтовню с домашними. Солнце давно село, а он всё ходил и ходил по степи за рекой. Ему удалось сделать ещё так мало. Эволюция ещё не началась, она только ещё предстоит…

Была уже глухая ночь, когда Паршек подходил к Поселению У него кружилась голова, он смертельно устал. Но подойдя к реке, он с радостью искупался, а перед тем, как приблизиться к домам, ещё и пробежался. «Когда они услышат об этом, - он думал об Эволюции, - они обезумеют от радости. Насколько полнее станет теперь жизнь! Вместо того, чтобы уныло сновать от сортира к кормушке – знать, зачем живёшь! Мы покончим с невежеством, мы станем существами, которым доступно совершенство и мастерство. Мы станем свободными! Мы научимся жить, не умирая!».
Будущее было заполнено до предела, оно сулило столько заманчивого.
Когда он вышел к Центральной Площади, все жители были в сборе, потому что начинался Совет. Видимо, они собрались уже довольно давно. Они ждали его.
- Паршек Иванов! Выйди на середину!
Слова Председателя звучали торжественно. Приглашение выйти на середину означали или величайший позор, или величайшую честь. Круг Чести – это дань признательности, которую поселяне платили своим великим вождям. «Ну, конечно, - подумал он, - утро, они видели Прорыв! Они знают об исцелениях. Но мне не нужны почести. Я не хочу быть вождём. Я хочу только поделиться тем, что я узнал, показать, какие дали открываются перед нами». Он сделал шаг вперёд.
- Паршек Иванов, - повторил Председатель, - выйди на середину. Ты покрыл себя Позором перед лицом своих соплеменников…
Его будто ударили доской! Колени ослабели, плечи опустились, в ушах зашумело. Круг Позора? Не может быть! Прорыв! Исцеления! Здоровье! Они не поняли!! Они ошиблись, они ошиблись!..
- …своим легкомыслием и безответственностью, - текла торжественная речь, - тем, что попрал достоинства и обычаи Семьи Людей…
Круг Позора означает изгнание из родных Пенатов, его приговорят жить в одиночестве на Дальних Степях.
- …настанет день, Паршек Иванов, когда ты поймёшь, что безответственность не может тебя прокормить. Нам не дано постигнуть смысл жизни, ибо он не постижим. Нам известно только одно: мы брошены в этот мир, чтобы работать, содержать дом, семью, растить детей и жить до тех пор, пока у нас хватает сил.
Жители никогда не возражают Совету Поселения, но голос Паршека нарушил тишину:
- Безответственность? Собратья! – воскликнул он. – Кто более ответствен, чем человек, который открывает, в чём значение, в чём высший смысл жизни, и никогда не забывает об этом? Тысячу лет мы рыщем в поисках утерянного рая, но сейчас понятно, наконец, зачем мы живём: чтобы познавать, открывать новое, быть свободными, достойными Рая! Дайте мне возможность, позвольте мне показать вам, чему я научился…
Поселяне будто окаменели.
- Ты нам больше не брат, - хором нараспев проговорили они, величественно все разом закрыли уши и повернулись к нему спинами.

Паршек провёл остаток своих дней один, но он не уходил далеко от мест своего Изгнания. И не одиночество его мучило, а то, что люди не захотели поверить в радость новых далей, не захотели открыть глаза и увидеть.
Каждый день он узнавал здесь что-то новое.
Он узнал, что, закаляясь в природных условиях, его телу в Воде открывается щедрая полнота жизни. Омовение стало для него тайным откровением. В тренировке голодом он опознал вкус плодов Земли и бесценные сокровища бытия – Лёгкость и Покой. Когда его дыхание в Воздухе исполнилось умением просить, а не по привычке присваивать дары Природы, он опознал в своём теле вкус Жизни на празднике её Нечаянной Радости. Он давно оставил забавы вина и табака, и утешением его в Изгнании были помощь в исцелении больных, бедных и нуждающихся. А те кормили его и привечали как могли. Потому что в мире проще денег, есть Господь и немощная плоть.
Он нёс на себе идею здоровья, прося и умоляя людей не плевать на Природу, говоря: «Как мало у человека своего – только чистое тело и разум, живущие в согласии с окружающей Природой». Тело и согласие. Как мало, но какая гармония и единство!
С таким же самообладанием он искал выход из тупика первородного заблуждения: «Человек – владыка всего, что видит». И он прорывался сквозь зависть и хитрость, ошибку и проклятье первого Адама человека, - прорывался к чистому, ослепительно-сияющему Человеку-самородку: «Здравствуй, человек. Твоя слава бессмертна!». И это в то время, когда остальное человечество ютилось в своём бесконечном Недостатке, в своей нескончаемой Необходимости. В капризной Требовательности, в ненасытной Потребности, не подозревая, что свете существует наше всемогущее «Здравствуйте!» – вежливая просьба, превращающая врага в друга, и явление враждебное в явление дружественное, родное.
Он радовался один тем радостям, которыми надеялся когда-то поделиться с людьми. Однако, он не жалел о цене, которую за это заплатил. Паршек понял, почему так коротка жизнь человека на земле: её съедает скука, страх и злоба. Но он забыл о скуке, страхе и злобе, и прожил долгую и счастливую жизнь.

А потом однажды вечером, когда Паршек спокойно и наедине разговаривал с Природой, которую он так любил, пришли они – в белых халатах. Как две крепкие, красивые Чайки они появились у его рук. На их плечах зияли звёзды и они освещали ночную бездну тревожным мерцающим светом. Но ещё поразительнее было их мастерство – они неизменно соблюдали расстояние точно в ладонь от его рук.
Не проронив ни слова, они подвергли Паршека испытанию, которого ни разу не выдерживал ни один человек старого потока. Они изменили условия тренировки тем, что стихии Природы были не «со-», а противопоставлены ему. Если следовать такой расстановке сил – падение неизбежно. Что же, отказаться, проявить свой каприз, неудовольствие и выбор? Реванш стихий стал неизбежен. Паршек улыбнулся и пересёк горизонт судьбы.
…Они уложили его горизонтально и некоторое время молчали.
- Прекрасно, - сказал он. И спросил: - Кто вы?
- Мы твоя защита, Паршек. Мы товарищи твои. – Они говорили уверенно и негромко. – Мы прилетели, чтобы вернуть тебя на землю, чтобы позвать тебя домой. Ты будешь под охраной безопасности.
- Дома у меня нет. Я Изгнанник, но опасности от меня нет. Вы пришельцы в Великой Стране Ветров, а имя моё – Иванов и живу я – в России.
- Собирайся и выходи, Иванов. Ты окончил одну школу, теперь настало время начать нашу. А время надо уважать, товарищ Иванов.
Эти слова сверкали перед ним всю его жизнь. Поэтому Паршек понял, понял мгновенно: одиночество – это предел силы, но достигнуть его можно только убежищем. Они правы, эти красавцы, мастера порядка и блюстители тишины. Он МОЖЕТ летать выше, и ему ПОРА возвращаться домой. Он бросил последний долгий взгляд на небо, воду, землю – эту великолепную серебряную страну, где он так много узнал.
- Я готов, - сказал он наконец.
И Паршек Иванов вместе с охраной Белых Халатов, яркими, как звёзды, ушел по этапу в двадцатиградусный рождественский мороз, и исчез в непроницаемой темноте Неведомых Небес.

(Продолжение следует)
(сообщение от пользователя: Yanni)







Здравствуйте.
Продолжим повесть-притчу "Человек по имени Паршек Иванов"

Часть вторая

«Так это и есть Небеса, - подумал он и не мог не улыбнуться. Наверное, это не очень почтительно – размышлять, что такое Небеса, едва ты там появился».
Теперь, когда он расстался с местом своего Изгнания с двумя лучезарными Охранниками, он заметил, что его тело постепенно становится таким же лучистым. Конечно, оно принадлежало всё тому же молодому Паршеку, который всегда жил за зрачками его золотисто-голубых глаз, но внешне оно переменилось.
Оно осталось телом человека, и всё-таки никогда прежде Паршек не чувствовал себя таким крепким. «Как странно, – думал он, – я трачу вдвое меньше усилий, а могу сделать вдвое больше, чем в мои лучшие дни на Родине».
Длинные, давно поседевшие волосы, теперь совершенно искрились, а кожа стала безукоризненно гладкой. Он с восторгом начал изучать её, но вскоре понял, испытав некоторое разочарование, что возможности его тела в новых условиях были ограничены. Правда, ему удалось значительно превысить свои прежние достижения, но предел всё-таки существовал, и чтобы его превзойти, нужны были огромные усилия. «На Небесах, - думал он, - не должно быть никаких пределов».
Облака расступились, Блюстители тишины, провожавшие его, прокричали:
- Счастливой посадки, Паршек! – и исчезли в прозрачном воздухе.
Он стоял у моря, на скалистом берегу. далеко на Севере, у самого горизонта, летало несколько чаек. Новые дали, новые мысли, новые вопросы. «Почему здесь так мало людей? На Небесах должно быть много людей. И почему я вдруг так устал? На Небесах, как будто, никогда не устают и никогда не спят».
Где он слышал об этом? События его прежней жизни отодвигались всё дальше и дальше. Он многому научился на Большой Земле, это верно, но подробности припоминались с трудом: кажется, люди воевали из-за власти, прибыли и удовольствий, и он был Изгнанником.
Когда он спускался в долину, несколько человек поднимались ему навстречу, но ни один из них не проронил ни слова. Он только почувствовал, что они рады ему и что здесь он дома. Этот день был очень длинным, таким длинным, что он успел забыть, когда взошло Солнце. Он заснул прямо на берегу.
В первые же дни Паршек понял, что здесь ему придётся узнать о человеке и его возможностях не меньше нового, чем он узнал в своей прежней жизни. Но разница всё-таки была. Здесь жили люди-единомышленники. Каждый из них считал делом своей жизни постигать тайны сознания и тела, стремиться в совершенствованию лёгкого характера, потому что безвредность человека – это то, что они любили больше всего на свете. Это были удивительные люди, все без исключения, отдающие душу всем, кто любит жарким сердцем всё сущее вокруг. Будь то камень или цветок, червяк или человек.
Паршек, казалось, забыл о том мире, откуда он пришел, и о том месте, где жили поселяне, которые не знали радостей открытий. Но иногда он вдруг вспоминал.
Он вспомнил о родных местах однажды утром, когда, оставшись вдвоём со своим наставником, он отдыхал на берегу после нескольких попыток зонтом своих лёгких поднять себя в воздух, чтобы летать. Он спросил:
- Селливан, а где все остальные? – Он говорил беззвучно, потому что вполне освоился с несложными приёмами телепатии здешних обитателей, которые никогда не кричали и не бранились. – Почему нас здесь так мало? Знаешь, там, откуда я пришел, жили…
- …тысячи тысяч человек. я знаю – кивнул Селливан. – Мне, Паршек, приходит в голову только один ответ. Такие люди, как ты, – редчайшее исключение. Большинство из нас движется вперёд так медленно. Мы переходим из одного мира в другой, почти такой же, и тут же забываем, откуда мы пришли. Нам всё равно, куда нас ведут. Нам важно только то, что происходит сию минуту. Ты представляешь, сколько жизней мы должны прожить, прежде чем у нас появится первая смутная догадка, что жизнь не исчерпывается едой, борьбой и властью?! Тысячи жизней, Паршек, десятки тысяч! А потом ещё сто жизней, прежде чем мы начинаем понимать, что существует нечто, называемое совершенством. И ещё сто жизней, пока не убеждаемся: смысл жизни в том, чтобы достигнуть совершенства и рассказать об этом другим. Тот же закон, разумеется, действует и здесь: мы выбираем следующий мир в согласии с тем, чему мы научились в этом. Если мы не научились ничему, следующий мир окажется таким же, как и этот, и нам придётся снова преодолевать те же преграды с теми же свинцовыми гирями на ногах.
Он забросил руки за голову и повернулся лицом к ветру.
- Но ты, Паршек, сумел узнать так много и с такой быстротой, – продолжал он, – что тебе не пришлось прожить тысячу жизней, чтобы оказаться здесь.
И вот они снова пробуют подняться в воздух – тренировка возобновилась. Совершить подъём вдвоём трудно, потому что в подвешенном положении Паршеку приходилось, летя вверх ногами, соображать, как располагать диафрагму и лопатки, чтобы выполнить оставшуюся часть оборота, сохраняя безупречную согласованность со своим наставником.
- Попробуем ещё раз – снова повторял Селливан. – Попробуем ещё раз. – И наконец: – Хорошо!
Тогда они начали отрабатывать скорость взлёта.

Однажды вечером ученики, ещё не приступившие к ночным тренировкам, стояли все вместе на песке, они думали. Паршек собрался с духом и подошел к Старейшему – брату, который, как говорили, собирался вскоре расстаться с этим миром.
- Чианг… - начал он, немного волнуясь.
Старший брат ласково взглянул на него.
- Что, сын мой?
С годами Старейший не только не ослабел, а, наоборот, стал ещё
сильнее и быстрее всех, и владел в совершенстве такими приёмами, которые остальные ещё только осваивали.
- Чианг, этот мир… это вовсе не Небеса?
При свете Луны было видно, что Старейший улыбнулся.
- Паршек, ты снова учишься, - сказал он.
- Да. А что ждёт нас впереди? Куда мы идём? Разве нет такого места Небеса и Свобода?
- Нет, Паршек, такого места нет. Небеса – это не место и не время. Свобода и Небеса – это достижение совершенства. – Он промолчал. – Ты, кажется, бегаешь и летаешь очень быстро?
- Я… я очень люблю скорость, - сказал Паршек. Он был поражён и – горд! – тем, что Старейший заметил его.
- Ты приблизишься к Свободе, Паршек, когда приблизишься к совершенной скорости. Это не значит, что ты должен пробежать тысячу вёрст в час, или миллион, или научишься летать со скоростью света. Потому что любая цифра – это предел, а совершенство не знает предела. Достигнуть совершенной скорости, сын мой, - это значит отказаться там.
Не прибавив ни слова, Чианг исчез и тут же появился у кромки воды, в пятидесяти шагах от прежнего места. Потом он снова исчез и через тысячную долю секунды вновь стоял рядом с Паршеком.
- Это просто шутка, - сказал он.
Паршек не мог прийти в себя от изумления. Он забыл, что хотел спросить у Чианга про Небеса.
- Как это тебе удаётся? Что ты чувствуешь, когда так летишь? Какое расстояние ты можешь так пролететь?
- Пролететь можно любое расстояние в любое время, стоит только захотеть, - сказал Старейший. – Я побывал всюду и везде, куда проникала моя мысль. – Он посмотрел в морскую даль. – Странно, люди, которые отвергают совершенство во имя путешествий – с экзотикой, кино-фото впечатлениями, сувенирами – не продвигаются никуда: где им, копушам! А те, кто отказывается от путешествий во имя совершенства, пребывают во всей Вселенной, как аромат цветов на тропе, не зависимо от того, пройдёт мимо человек или нет. Запомни, Паршек, Свобода, как впрочем и Совершенство и Здоровье, – это не какое-то определённое время или место, потому что ни место, ни время здесь не имеют значения. Свобода – это…
- Ты можешь научить меня так летать?
Паршек дрожал, предвкушая радость ещё одной победы над неведомым.
- Конечно, если ты хочешь научиться.
- Хочу. Когда мы начнём?
- Можно начать сейчас, если ты не возражаешь.
- Я хочу научиться летать, как ты, - проговорил Паршек, и в его глазах появился странный огонёк. – Скажи, что я должен делать.
Чианг говорил медленно, зорко вглядываясь в своего молодого друга.
- Чтобы летать с быстротой мысли или, говоря иначе, летать, куда хочешь, - начал он, - нужно прежде всего понять, что ты уже прилетел…
Суть дела, по словам Чианга, заключалась в том, что Паршек должен отказаться от представления, будто он узник своего тела с ограниченным набором заранее запрограммированных возможностей. Суть в том, чтобы понять: его истинное «я», совершенное, как ненаписанное число, живёт одновременно в любой точке пространства, в любой момент времени.

Паршек тренировался упорно, ожесточённо, день за днём, с восхода Солнца до полуночи. И несмотря на все усилия, ни на шаг не двинулся с места.
- Забудь о вере! – твердил Чианг. – Разве тебе была нужна вера, чтобы научиться ходить или плавать, говорить или кушать? Тебе нужно было понять, что такое ходьба или плавание. Сейчас ты должен сделать то же самое. Попробуй ещё раз…
А потом однажды, когда Паршек стоял на берегу с закрытыми глазами и старался сосредоточиться, он вдруг понял, о чём говорил Чианг. «Конечно, Чианг прав! Я сотворён совершенным. Мои возможности безграничны. Я – человек!». Он почувствовал могучий прилив радости.
- Хорошо! – сказал Чианг, и в его голосе прозвучало торжество.
Паршек открыл глаза. Они были одни – он и Старейший на совсем незнакомом морском берегу: деревья подступали к самой воде, над головой висели два желтых близнеца – два Солнца.
- Наконец-то ты понял, - сказал Чианг, - но тебе нужно ещё поработать над управлением…
Паршек не мог прийти в себя от изумления:
- Где мы?
Необычный пейзаж не произвёл на Старейшего никакого впечатления, как и вопрос Паршека.
- Очевидно на какой-то планете с зелёным небом и двойной звездой вместо Солнца.
Паршек испустил радостный клич – первый звук с тех пор, как покинул Дом.
- ПОЛУЧАЕТСЯ!
- Разумеется, Паршек, разумеется, получается, - сказал Чианг. – Когда знаешь, что делаешь, всегда получается. А теперь об управлении…
Они вернулись уже в темноте. Друзья не могли отвести взгляда от Паршека, в их золотистых зрачках застыл ужас: они видели, как его вдруг не стало на том месте, где он провёл столько времени в полной неподвижности.
Но Паршек не долго принимал их поздравления.
- Я здесь новичок! Я только начинаю! Это мне надо учиться у вас!
- Как странно, Паршек, - сказал Селливан, стоявший рядом с ним. – За десять тысяч лет я не встретил ни одного, кто учился с таким безстрашием, как ты.
Все молчали. Паршек в смущении переступал с ноги на ногу.
- Если ты хочешь, мы можем начать работать над временем, - заговорил Чианг, - и ты научишься летать в прошлое и будущее. Тогда ты будешь подготовлен к тому, чтобы приступить к самому трудному, самому дерзновенному, самому интересному. Ты будешь подготовлен к тому, чтобы летать ввысь и поймёшь, что такое доброта и любовь.
Прошел месяц. Паршек делал невероятные успехи. Он всегда быстро продвигался вперёд даже с помощью обычных тренировок, но сейчас, под руководством самого Старейшего, он воспринимал новое во всей полноте.
А потом настал день, когда Чианг исчез. Он спокойно беседовал с учениками и убеждал их постоянно учиться, и практиковаться, и стремиться как можно глубже понять всеобъемлющую невидимую основу вечной жизни. Он говорил, а его кожа становилась всё ярче и ярче, и, наконец, засияла так ослепительно, что ни один человек не мог смотреть на него.
- Паршек, - сказал он, и это были его последние слова, - постарайся постигнуть, что такое любовь.
Когда к ученикам вернулось зрение, Чианга с ними уже не было.
Дни шли за днями, и Паршек заметил, что он всё чаще думает о Родине, которую покинул. Знай он там одну десятую, одну сотую того, что узнал здесь, насколько полнее была бы его жизнь!
Он стоял на песке и думал: что если там, в Поселении, есть человек, который пытается вырваться из оков своей обыденности, пытается понять, что могут дать сознание и тело, кроме возможности… выживать. Быть может, он даже решился сказать об этом во всеуслышанье, а “соседи”… приговорили его к Изгнанию.
И чем больше Паршек практиковался в проявлении Доброты, чем больше он трудился над познанием природы Любви, тем сильнее ему хотелось вернуться в Родные края. Потому что, несмотря на своё одинокое прошлое, Паршек был прирождённым наставником, и его любовь проявлялась прежде всего в стремлении поделиться добытой им истиной с каждым человеком, который ждал только благоприятного случая, чтобы тоже ринуться на поиски правды.
Селливан, который за это время вполне овладел полётами со скоростью мысли и уже помогал другим, не одобрил замыслов Паршека.
- Паршек, тебя некогда приговорили к Изгнанию. Почему ты думаешь, что те же люди захотят слушать тебя сейчас? Ты знаешь поговорку и знаешь, что она справедлива: “Чем выше Чайка летает, тем дальше она видит”. Люди, от которых ты ушел, стоят у прилавков и в очередях. Они кричат и дерутся друг с другом. Они живут за тысячу вёрст друг от друга, а ты говоришь, что хочешь показать им Свободу – оттуда, от прилавков! Да ведь они, друже, не могут разглядеть ничего, дальше собственного носа. Оставайся здесь. Помогай здесь новым друзьям. Помогай тем, кто взлетел достаточно высоко, чтобы увидеть то, о чём ты им хочешь рассказать. – Он немного помолчал и добавил: - Что, если Чианг вернулся в свой старый мир? Где бы ты сам находился сегодня?
Последний довод был самым убедительным. Конечно, Селливан прав. “Чем выше Чайка летает, тем дальше она видит”.
Паршек остался и занимался с новичками, которые недавно появились здесь. Они все были очень способными и быстро усваивали то, что им объясняли. Но к нему вернулось прежнее беспокойство, он не мог избавиться от мысли, что на земле, наверное, живут один-два человека, которые тоже могли бы учиться. Насколько больше знал бы он сейчас, появись Чианг рядом с ним в те дни, когда он был Изгнанником!
- Селли, я должен вернуться, - сказал он в конце концов. – У тебя прекрасные ученики. Они помогут тебе справиться с новичками.
Селливан вздохнул, но не стал возражать.
- Боюсь, Паршек, что я буду скучать по тебе. – Вот и всё, что он сказал.
- Салик, как тебе не стыдно! – с упрёком воскликнул Паршек. – Разве можно говорить такие глупости! Чем мы с тобой занимаемся изо дня в день? Если наша дружба зависит от таких условностей, как пространство и время, значит, мы сами разрушим наше братство в тот миг, когда посмеем покорить пространство и время! Но, преодолевая пространство, единственное, что мы покидаем, это Здесь. А преодолевая время, мы покидаем только Сейчас. Неужели ты думаешь, что мы не сможем повидаться один-два раза где-нибудь в промежутке между тем, что зовётся Здесь и Сейчас?
Селливан невольно рассмеялся.
- Ты совсем помешался, - сказал он ласково. – Если кто-нибудь в силах показать хоть одной живой душе на земле, как охватить глазом тысячу вёрст, это наверняка Паршек Иванов. – Он смотрел на песок. – До свидания, Паршек, до свидания, друг.
- До свидания, Селливан. Мы ещё встретимся.
Произнеся эти слова, Паршек тут же увидел внутренним взором огромные города и земли на берегах другого времени, и с привычной лёгкостью ощутил: нет, он не кожа и кости, он – совершенное воплощение идеи Независимости и совершенства, и его возможности безграничны.

Матвей был ещё очень молодой человек, но он уже знал, что не было на свете врача, которому пришлось бы терпеть такое жестокое обращение и столько несправедливости.
“Мне всё равно, что они говорят, - думал он, направляясь к Дальним Степям. Он кипел от негодования, его взгляд мутился. Лечить – это вовсе не значит прописывать пилюли, чтобы вылечить человека. Это умеет даже… даже студент. Какой-то один сеанс врачевания биополя, один сеанс и несколько слов, просто в пояснение Председателю, и я – Изгнанник! Что они, слепы? Неужели они не видят? Неужели они не понимают, как мы прославимся, если в самом деле научимся возвращать здоровье людям? Мне всё равно, что они обо мне думают, я покажу им, что значит лечить и быть здоровым. Пусть я буду одиноким Изгнанником, если им так хочется. Но они пожалеют об этом, ещё как пожалеют…”
Голос проник в его голову, и хотя это был очень тихий голос, Матвей так испугался, что вздрогнул и застыл на месте.
- Не сердись на них, Матвей! Изгнав тебя, они причинили вред только самим себе, и когда-нибудь они это узнают. Когда-нибудь они увидят то, что видишь ты. Прости их и помоги им понять.
На расстоянии двадцати шагов по дороге к нему шел человек босиком, в одних длинных чёрных шортах. Он был высок и совершенно сед, с ослепительно чистой и здоровой кожей.
На мгновение у молодого врача всё смешалось в голове. “Что со мной происходит? Я сошел с ума? Я умер? Что это значит?”. Вопросы под его тёплой шапкой зашевелились и он, почему-то, быстро снял её, потом снял варежки, на морозном ветру начал расстёгивать пальто. Седой, голый человек плавно приближался, а негромкий спокойный голос вторгался в мысли Матвея и требовал ответа.
- Детка, Матвей, ты хочешь исцелять людей?
- Да, я хочу исцелять.
- Детка, Матвей, так ли сильно ты хочешь помогать людям, что готов прости людей и их науку, и учиться, и однажды вернуться к ним, и постараться помочь им узнать то, что знаешь сам?
Старец приблизился. Матвей протянул ему шапку и варежки, но тот молчал. Такому сильному, такому ослепительному существу нельзя было солгать, каким бы гордым человеком ни был Матвей, как бы сильно его не оскорбили.
- Да, - сказал он едва слышно.
- Тогда, здравствуй, Матвей, - обратилось к нем сияющее создание с ласковым голосом, - давай начнём с дыхания с Высоты…

(Продолжение следует)
(сообщение от пользователя: Yanni)




последнее сообщение:
Здравствуйте!
Заключительная часть повести-притчи "Человек по имени Паршек Иванов"

Часть третья

Паршек медленно поднимался на холм в Дальних Скалах: он наблюдал. Этот неотёсанный молодой врач оказался почти идеальным учеником. В природных условиях он был сильным, ловким и неутомимым, но главное – он горел желанием учиться жить в радости.
Но вот они взошли на вершину холма и Паршек попросил его раздеться и лечь на землю. Паршек медленно склонился над Матвеем. Одной рукой он коснулся его лба, а другой соединил большие пальцы его ног.
- Я принимаю человека с его телом и душой, - тихо, как бы себе, проговорил Паршек. – Мне не нужны болезни, мне нужен человек со своим телом. А в здоровом теле – здоровый дух.
Далее он приподнял от земли правую руку Матвея и, разминая и потягивая пальцы, уже строго попросил:
- Делай вдох… выдох. Делай ещё вдох, выдох… делай вдох… через гортань тяни воздух… Крепче делай вдох… Выдох.
Матвей очень старался и, жадно хватая ртом воздух, во все глаза смотрел на своего Учителя. Тот перешел от рук к пальцам ног и продолжал:
- Делай вдох… посмотри мысленно в голову. Крепче дыши, через гортань… Посмотри в лёгкие… Посмотри на сердце… Посмотри в живот… дыши! Пошевели животом с боку на бок… так. Теперь поднимайся, деточка.
Молодой человек со всей лёгкостью и упругостью двадцати пяти лет вскочил на ноги, пытаясь ощутить перемены в своём теле и примеряясь к его новым качествам. Он ждал чуда или фокуса, но пока чудесами не пахло.
- Иди, искупайся, - сказал Паршек, - и всё будет хорошо.
Они спустились к излучине руки и вошли в широкую полынью. Точно повторив движение при дыхании Учителя, Матвей лёг на спину и отдышался. Он видел, как выходит из воды этот гигант и, облагодетельствуя землю своим прикосновением, устремляется из стихии в стихию – не по делам, как принято обычно у людей, - а на свидание. Свидание со своей ненаглядной и возлюбленной Природой. Они едины общим дыханием, сочувствием, созвучием, устремлением…
Матвей взмахнул руками и с оглушительным шумом и плеском нырнул под лёд. Упираясь руками в дно, он отсалютовал свой восторг пятками по льду, перевернулся и, сильно оттолкнувшись, вынырнул из воды чуть не в весь свой рост.
- Учитель! Я хочу побеждать так же красиво и верно, как ты! – успел выкрикнуть он на лету и снова, опрокинувшись на спину, вновь ушел под воду.
Сильное течение на этот раз безжалостно закрутило и завертело юношу в неожиданном водовороте. А когда он, наконец, выровнялся и сумел пробить головой и руками ещё не окрепший у берега лёд, оказалось, что он выплыл метров на тридцать ниже своего Наставника.
- Учитель, ты попусту тратишь время! Я тупица! Я болван! Я зря стараюсь, у меня всё равно ничего не получится!
Паршек кивнул.
- Конечно, не получится. Пока ты будешь лезть на рожон – инстинкт жизни, жажда воды, будет одерживать верх над всеми остальными идеями. Пока будешь играть со стихией – вода будет отнимать от тебя силы. Нужно уверенно, но плавно. Медленно и бесплатно, понимаешь, Матвей? Подойди сюда.
Матвей кинулся бегом, но, вспомнив о “медленном и плавном”, подошел к Учителю степенно. Тот улыбнулся, погладил его по голове и взял за руки.
- Два раза в день будешь купаться чтобы тебе было хорошо это твои условия... дождёшься субботы не употребляй никакой пищи и воды до воскресенья двенадцати часов... в двенадцать часов выйди на Природу босиком потяни воздух с высоты и попроси – Учитель дай мне моё здоровье. Эти субботы будешь ждать как праздник... не пей не кури плевать и харкать не рекомендуется здоровайся со всеми людьми погружаешься в толпу громко с душой и сердцем скажи ЗДРАВСТВУЙТЕ! Ни одного человека не пропускай это твоё здоровье... главное здоровайся а они как хочут... встретишь бедного человека дай ему пятьдесят копеек когда будешь давать скажи – я даю тебе пятьдесят копеек чтобы ты вернул мне моё здоровье. Ты понял мня? Поцелуй меня.
Весь свой совет Паршек проговорил на одном дыхании, без точек-запятых, глядя куда-то вниз и вглубь Матвея, как бы нарочно не обращаясь к его рассудочной стороне.
Матвей приник к Паршеку и, обхватив его плечи, долго не решался открыть своё лицо, залитое слезами.
- Учитель… Отец мой родной… Ведь ты же самый бедный... необеспеченный человек.
- Ничего, всё будет хорошо. Ты каждый свой день проживи в победе над собой. – Матвей ощутил ласковое рукопожатие Учителевой руки. В ладони Паршека была глубокая впадина. – Нам нужно своё поставить и другому ни в чём не помешать. Ты понял меня?
К концу третьего месяца у Паршека появилось ещё шесть учеников – все шестеро Изгнанники, увлечённые новой странной идеей: жить, чтобы не умирать.
После того, как он принял их, они выслушали его совет. Но даже им легче было провести самую сложную тренировку и выполнить самое трудное задание Учителя, чем понять, в чём заключается сокровенный смысл их занятий.
- На самом деле каждый из нас воплощает собой идею Жизни Неумирающей, всеобъемлющую Идею Свободы, - говорил Паршек по вечерам, стоя в кругу своих молодых учеников, - и безошибочность выполнения приёмов закалки-тренировки, по которой мы практикуемся, – это ещё один шаг, приближающий нас к выражению нашей подлинной сущности. Для нас не должно существовать никаких преград. Вот почему мы стремимся овладеть ненасытной потребностью желудка, и нескончаемыми страхами тела для своего согревания, и отупляющей враждебностью к другим людям…
…А его ученики, утомлённые необычным воздержанием в еде и питье, и при полной нагрузке в дневные часы, засыпали. Им нравились практические занятия, потому что победа над слабостями и страхом своего тела пьянила, и потому что тренировки помогали утолить жажду знаний, которая становилась сильнее от разу к разу. Но ни один из них – даже Матвей – не мог себе представить, что жить без дел и поделок, жизнь без старости, вражды и нужды, жизнь в радости – такая же реальность, как ветер, как полёт птицы.
- Всё ваше тело от кончика пальцев рук до пальцев на ногах, – снова и снова повторял Паршек, – это ничто иное, как ваша мысль, выраженная в форме, доступной вашему зрению. Разбейте цепи, сковавшие вашу мысль, и разбейте цепи, сковавшие ваше тело…
Но какие бы примеры он не приводил, ученики воспринимали его слова как занятную выдумку, и им больше всего хотелось спать.
Хотя прошел всего только месяц, Паршек сказал, что им пора возвращаться к людям, в жизнь людей.
- Мы ещё не готовы! – воскликнула Марфа, молодая художница. – Они не желают нас видеть! Мы Изгнанники, Изгои! Разве можно навязывать своё присутствие тем, кто не желает тебя видеть?
- Мы вправе идти куда хотим, и быть такими, какими мы созданы, - ответил ей Паршек. Он вышел на дорогу и повернул на Запад, к родному Чивилкиному Бугру.
Несколько минут ученики стояли в растерянности, не знали, что делать, потому что Закон Поселения гласил: “Изгнанники никогда не возвращаются”, и за десять тысяч лет этот Закон ни разу не был нарушен. Закон говорил: оставайтесь. Паршек говорил: пойдём, и он уже шагал в версте от них. Если они задержатся ещё немного, он скоро встретится с враждебными поселянами один на один.
- Почему мы должны подчиняться закону, если нас всё равно изгнали, и мы вне закона? – растерянно спросил Матвей. – А что если завяжется потасовка, от нас будет гораздо больше пользы там, чем здесь.
Так они вернулись в то раннее утро с Востока – восемь человек, кто в лёгких сандалиях, кто босиком, с открытыми руками и головами.
Они пересекли Заставу Совета Поселения, а ветер безжалостно хлестал всех восьмерых.
Обыденные громкие ссоры и споры у Заставы на Рыночной площади внезапно стихли, восемь тысяч глаз уставились, не мигая, на команду Паршека. Глухая память поселян была поражена дерзкой выходкой, которая, как фильм из босоногого детства, отозвалась кошмарным сном и захлестнула налаженный торговый быт. Восемь человек один за другим прошли через весь город, искупались в Колдыбани-реке, тут же на берегу провели абсолютно слаженный тренинг и, вволю набегавшись, блаженно опустились на траву. Затем Паршек как ни в чём ни бывало приступил к разбору ошибок.
- Начнём с того, - сказал он с улыбкой, - что вы все заняли своё место в пути с некоторым опозданием…
Одна и та же мысль молнией облетела Поселение. Васе эти типы – Изгнанники! И они – вернулись! Но это… этого не может быть! Матвей напрасно опасался столкновения: поселяне оцепенели.
- Подумаешь, Изгнанники, конечно, Изгнанники, ну и пусть Изгнанники! – сказал кто-то из молодых от модного кружка древневосточных учений. – Интересно, где это они научились так владеть энергиями? Ты видишь, какие у них мощные биополя!…
- Интересно, они “по-Шелтону” или “по-Азаве” занимаются? – задумалась пожилая дама из группы здоровья. – Нет, скорей всего “по-Бреггу”…
- Да чего там, - рассудил человек попроще. – Йоги они, вот и выёгиваются. Я-то в молодости до белых мух тоже купался… В шапочке, правда, ну и “на грудь принявши”, для сугрева... Вот, помню, случай был!..
Прошел почти час, прежде чем все граждане Поселения узнали о Приказе Старейшего: “Не обращать на них внимания. Поселянин, который заговорит с Изгнанником, сам станет Изгнанником. Поселянин, который посмотрит на Изгнанника, нарушит Закон Поселения”.
С этой минуты Паршек видел только серые спины земляков, но он, казалось, не обращал внимания на то, что происходит. Он проводил тренировки за Заставой Совета и добивался от своих учеников не только умения делать и понимать, но и объяснять смысл своего поведения, тренировок и образа жизни.
- Даниил Хвощеев, - разносился под низкими сводами строгий голос блюстителя Порядка. – Почему в таком виде? Даже носков нету.
- Понимаете, одежда, - степенно и выразительно жестикулируя, объяснял Даниил, средних лет учёный-физик, задержанный за “несезонный” вид, - одежда отбирает тепло от нашего тела, а открыток, не защищённое тело вырабатывает для человека его естественное, природное тепло.
Какой-то усатый чин предложил ему стул и, стесняясь собственной учтивости, пробурчал: “В ногах правды нет”.
- Спасибо, - Даниил улыбнулся, но садиться по давней Учителевой привычке не стал. – Но это вы верно сказали – в ногах правды нет. Но до истины можно и должно дойти по земле на своих ногах.
А маленькая незаметная Марфа Пашина так боялась вызвать гнев своих вопрошателей, что к собственному изумлению научилась мягко и ласково их очаровывать:
- …наши ненасытные аппетиты желудка смиряются не выбором блюд и размером тарелок, а сознательным терпением, опытом. В них наши Заслуги и Покой. И йоги, и наша наука рекомендует регулярное воздержание и разгрузочные дни. Разве желудок хозяин в нашем теле? – с улыбкой спрашивала она. – Мы также не можем быть зависимыми от нескончаемых требований ума жевать словесную жвачку обид, недовольства и претензий, от потребности в неразборчивых связях и общении…. Не обидно ли за человека – светоч знаний, ума и достижений, – а живёт не по сознанию, а по привычке.
Матвей, который больше всех увлекался психологией социальных связей, всегда удивлённый и счастливый, всё же одолел угрюмость блюстителей Порядка, он прямо-таки вырвал после двухчасового объяснения улыбку у своих стражей, и ослепительные солнечные зайчики разбежались по строгим лицам. Его задержали за то, что он “приставал” к двум девушкам в общественном транспорте. Дело оказалось в том что он “при всех… поздоровался!” – и как те уверяли, - “именно с ними”, не будучи даже с ними знаком. И вот теперь он объяснял:
- …понимаете? Доверчивость людей к нам зависит от нашей доверчивости: насколько мы сердечны к людям в своих обращениях к ним, настолько сердечны и они к нам. Вот идёт человек по дорожке, - пояснял он, - и имеет в голове какую-то нехорошую мысль. А ты ему: “Здравствуйте!” с душой и сердцем. Он удивился и забыл про свою нехорошую мысль. Он хоть и нехороший в своём деле человек, а ты ему поклонись, попроси прощения, чтобы он знал, что делается нами и что ему надо будет стать вежливым и лёгким… Что тут поделаешь с этим транспортом – надо заслужить у Природы, а значит, и у людей умения здороваться. Здороваться бояться, душа моя, - в транспорт не входить!
Паршек ни на минуту не разлучался со своими учениками. Он шел вместе с ними и при облачном небе, и ночью, и в бурю – шел к людям, из любви к людям, а жители Поселения тоскливо прятались по домам.
Когда все собирались вместе, то, искупавшись, ученики отдыхали в лесных посадках. Со временем они научились слушать Учителя более внимательно. Он был одержим какими-то безумными идеями, которых они не понимали. Но некоторые его мысли стали им вполне доступны.
Ночами позади кружка учеников постепенно начал образовываться ещё один круг: в темноте любопытная молодёжь и любители новшеств долгими часами слушали Паршека, и так как ни один из них не хотел видеть своих соседей, и не хотел, чтобы соседи видели его, перед восходом Солнца все они исчезали.
Прошел месяц после Возвращения, прежде чем первый Человек из Поселения переступил черту и сказал, что хочет научиться жить. Он объяснил, что подразумевает под этим не вереницу бед, болезней и обид, а некое иное наполнение жизни. Это был Марк Лавренов, который тут же стал проклятым жителем, заклеймённым Изгнанником… и восьмым учеником Учителя.
На следующую ночь от Поселения отделилась Анна Мирская. Она приковыляла по тропе, волоча левую ногу, и рухнула к ногам Паршека.
- Помоги мне, - проговорила она едва слышно, будто собиралась вот-вот расстаться с жизнью. – Я хочу ходить больше всего на свете…
- Что же, не будем терять время, - сказал Учитель. – Поднимайся, деточка, вместе со мной на ножки.
- Ты не понимаешь. Нога. Я не могу шевельнуть ногой.
- Анна, ты свободна. Ты вправе жить здесь и сейчас так, как тебе велит твоё истинное “я”, и ничто не может тебе помешать. Это Закон Жизни Неумираемой, это – Закон…
- Ты говоришь, что я могу ходить?
- Я говорю, что ты свободна.
Так же легко и просто, как это было сказано, Анна пошевелила ногой – без малейших усилий! – и поднялась на ноги, запрокинув лицо в ночное небо. Поселение проснулось, услышав её голос. С высоты Чивилкиного Бугра она прокричала во всю силу своих лёгких?
- Я могу ходить! Слушайте! Я МОГУ ХОДИТЬ!
На восходе Солнца почти тысяча жителей толпилась вокруг учеников Паршека и с любопытством смотрели на Мирскую. Им было безразлично, видят их или нет, они слушали и старались понять, что говорит Учитель.
Он говорил об очень простых вещах: о том, что человек имеет право жить в радости, что он свободен по самой своей природе, и ничто не должно стеснять его свободу – никакие обычаи, предрассудки и запреты.
- Даже если это Закон Поселения? – раздался голос из толпы.
- Существует только один истинный закон – тот, который помогает стать Свободным, - сказал Учитель. – Другого нет.
- Разве мы можем научиться так, как ты? – донёсся до Паршека другой голос. – Ты особенный, ты талантливый, ты необыкновенный, ты не похож на других.
- Посмотрите на Матвея! На Даниила! На Марка и Марфу! Они тоже особенные, тоже талантливые и необыкновенные? Не больше чем ты, и не больше чем я. Единственное их отличие состоит в том, что они начали понимать, кто они, и начали вести себя, как подобает людям.
Его ученики, за исключением Матвея, беспокойно заёрзали. Они не были уверены, что дело обстоит именно таким образом.
Толпа росла с каждым часом. Люди приходили, чтобы расспросить, высказать восхищение, поиздеваться.
Настало время, когда к субботнему дню воздержанию от воды и пищи, Паршек с учениками добавили ещё среду, а за ней включили и понедельник. “Если система не прогрессирует, она стоит и гибнет” - пояснял Учитель.
- В народе говорят, что ты Бог, Иисус Христос, - сказал Матвей однажды утром, разговаривая с Паршеком. – А если нет, значит, ты опередил своё время на тысячу лет.
Паршек вздохнул. “Цена непонимания, - подумал он. – Тебя называют старыми именами бога либо дьявола”.
- Если бы я был Христом, я бы вас судил. Но я не Христос, которого распяли за его правоту. Как ты думаешь, Матвей, опередили мы своё время?
Долгая пауза.
- По моему, такой образ жизни был возможен всегда. Просто, кто-нибудь должен был об этом догадаться и попробовать научиться так жить, а время здесь ни при чём. Может быть, мы опередили моду. Опередили привычное представление об образе жизни человека.
- Это уже кое-что, - сказал Учитель, потянул воздух и, потерев лицо, некоторое время на выдохе стряхивал руками. – Это всё-таки лучше, чем опередить время.
Несчастье случилось ровно через неделю. Матвей показывал приёмы ныряния группе новичков для длительного пребывания под водой. Прыгали с обрыва Белой горы и, чтобы долететь до глубины и не упасть на острые камни, торчащие из воды, нужно было сильно разбежаться по площадке перед обрывом. Матвей уже подбегал к краю, когда на его пути, неведомо откуда, появился малыш, гнавшийся с сачком за бабочкой. У Матвея была лишь десятая доля секунды, чтобы попытаться избежать столкновения. Он резко отклонился влево, потерял скорость и, изогнувшись в воздухе, упал на белые камни.
Ему показалось, что скала – это огромная кованая дверь в другой мир. Удушающий страх, удар и мрак, а потом Матвей поплыл по какому-то странному небу, забывая, вспоминая и вновь забывая. Ему было страшно и грустно, и тоскливо, отчаянно тоскливо.
Голос донёсся до него, как в первый раз, когда он встретил Паршека Иванова:
- Дело в том, Матвей, что мы пытаемся раздвинуть границы наших возможностей постепенно, терпеливо. Мы ещё не подошли к прохождениям сквозь камни, по программе нам предстоит заняться этим немного позже.
- Учитель!
- Которого называют также то богом, то дьяволом, - сухо отозвался его наставник.
- Что ты здесь делаешь? Скала! Неужели я не… разве я не… умер?
- Ох, Матвей, перестань! Подумай сам. Если ты со мной разговариваешь, очевидно, ты не умер. Так или нет? У тебя просто резко изменился уровень сознания, только и всего. Теперь выбирай. Ты можешь остаться здесь и учиться на этом уровне, который, кстати, не намного выше того, на котором ты находился прежде. А можешь вернуться и продолжать работать со своими новичками. Старейшины надеялись, что случится какое-нибудь несчастье, но они не ожидали, что оно произойдёт так своевременно.
- Конечно, я хочу вернуться. Я ведь только начал заниматься с командой!
- Прекрасно, Матвей. Ты помнишь, мы говорили, что тело – это ни что иное, как наша мысль?
Матвей покачал головой, пошевелил руками и открыл: он лежал у подножья скалы под Белой горой, а вокруг толпились поселяне. Когда люди увидели, что он пошевелился, со всех сторон послышались злые пронзительные крики:
- Он жив! Он умер и снова жив!
- Прикоснулся рукой! Оживил! Господь Бог!
- Нет! Говорит, что не Господь! Это дьявол! ДЬЯВОЛ! Явился, чтобы погубить человечество!
Четыре тысячи человек, перепуганные невиданным зрелищем, кричали: ДЬЯВОЛ! – и этот вопль захлестнул поселенцев, как бешеный ветер во время шторма. С горящими глазами, с крепко сжатыми кулаками, одержимые жаждой крови, они подступали всё ближе и ближе.
- Матвей, не лучше ли нам расстаться с ними? – спросил Паршек.
- Пожалуй, я не возражаю.
В то же мгновение они оказались в километре от горы, и разящие кулаки обезумевших людей уткнулись в пустоту.
- Почему человеку труднее всего на свете поверить в то, что он свободен, - недоумевал Учитель, - ведь каждый может убедиться в этом сам, если только захочет чуть-чуть потренироваться. Почему это так трудно?
Матвей всё ещё мигал, он никак не мог освоиться с переменой обстановки.
- Что ты сделал? Как мы здесь очутились?
- Ты сказал, что хочешь избавиться от обезумевших поселян, верно?
- Да! Но как ты…
- Как всё остальное, Матвей. Тренировка.
К утру Поселение забыло о своём безумии, но Матвей не забыл.
- Учитель, помнишь, как-то давным-давно ты говорил, что любви к людям должно хватить на то, чтобы вернуться к своим сородичам и помочь им учиться?
- Конечно.
- Я не понимаю, как ты можешь любить обезумевшую толпу людей, которая только что пыталась убить тебя.
- Ох, Матвей! Ты не должен любить обезумевшую толпу людей. Ты вовсе не должен воздавать любовью за ненависть и злобу. Ты должен практиковаться и видеть истинно доброго человека в каждом этих людей. И помочь им увидеть того же человека в них самих. Вот, что я называю любовью. Интересно, когда ты, наконец, это поймёшь?
Я, кстати, вспомнил сейчас об одной вспыльчивом молодом враче по имени Матвей. Не так давно, когда этого самого Матвея приговорили к Изгнанию, он был готов биться насмерть со всем Поселением и создал на Дальних Скалах настоящий ад для своего личного пользования. Тот же Матвей создаёт сейчас свои Райское место и ведёт туда свою команду.
Матвей обернулся к Учителю, и в его глазах промелькнул страх.
- Я веду? Что означают эти слова: я веду? Здесь ты Учитель. Ты не можешь нас покинуть!
- Не могу: А ты не думаешь, что существуют другие Поселения, другие Матвеи, которые, может быть, нуждаются в наставнике даже больше, чем ты, потому что ты уже находишься на пути к свету?
- Я? Учитель, ведь я обыкновенный человек, а ты…
- …единственный и всемогущий, да? – Паршек вздохнул и посмотрел под ноги. – Я тебе больше не нужен. Что мог, я дал тебе полные карманы. Продолжай поиски самого себя – вот что тебе нужно. Старайся каждый день хоть на шаг приблизиться к подлинному всемогущему Матвею. Он – твой наставник. На Бугре – твоя молодость. Тебе нужно понимать его, и делать, что он тебе велит.
Мгновение спустя тело Паршека дрогнуло и начало таять в воздухе. Его кожа засияла каким-то мерцающим светом.
- Не позволяй им болтать про меня всякий вздор, не позволяй им делать из меня очередного Бога, хорошо, Матвей? Я – человек. люди назвали меня “Учитель народов”, “Победитель Природы”, “Бог Земли”. Я люблю жить, может быть…
- Учитель!
- Бедняга Матвей! Не верь глазам своим! Они видят только преграды. Смотреть – значит, понимать. Осознай то, что ты уже знаешь, и ты научишься летать.
Сияние померкло. Паршек растворился в просторах неба, воды и земли.
Прошло немного времени, матвей заставил себя подняться на ноги и предстать перед группой совсем зелёных новичков, которые с нетерпением ждали первого урока.
- Прежде всего, - медленно начал он, - вы должны понять, что человек – это воплощённая идея безграничной Свобод, воплощение образа жизни Неумирающей. И всё ваше тело, от кончиков пальцев на руках до кончиков пальцев на ногах – это не что иное, как ваша мысль.
Молодые парни насмешливо поглядывали на него. “Ну-ну, приятель, - думали они, - вряд ли это объяснение поможет нам не мёрзнуть в рождественский морозец. А вот интересно, будут ли к тому времени зимы и морозы?”.
Матвей вздохнул.
- Хм… Да. Так вот, мёрзнуть мы не будем, а зимы будут всегда. Но чтобы были зимы и лето, мы должны научиться, кроме прочего, и не мёрзнуть. Поэтому, здравствуйте. Давайте начнём с вертикального дыхания.
Произнеся эти слова, Матвей вдруг действительно понял, что в Учителе не было ни на столечко волшебного и сверхчеловеческого.
“Предела нет, Учитель? – подумал он. – Недалёк час, дорогой Учитель, когда я вынырну из поднебесья на твоём берегу и смогу показать тебе какие-нибудь новые приёмы закалки тренировки!”.
И хотя Матвей старался смотреть на своих учеников с подобающей строгостью, он вдруг увидел их всех такими, какими они были на самом деле. Увидел на мгновение, но в это мгновение они не только не понравились ему – он полюбил их всех.
“Предела нет, Учитель!” – подумал он с улыбкой. И ринулся в погоню за знаниями.

Печатный экземпляр повести лёг на стол Учителя 10 апреля 1983 года.
В тот день Ты восстал и покинул скамью, стол обширный и ложе.
За Тобою, как шлейф, бесконечность влачилась.
Мы скорбели в тот миг, а Земля по пространствам сияла.
(сообщение от пользователя: Yanni)


ОТВЕТИТЬ


Простая ссылка на данную страницу: http://i-pk.ru/881


ЖИТЬ НАДО НАУЧИТЬСЯ. Умирать то мы все умеем
Его святые имена
Женская логика и закалка тренировка
Я УЧУ ВАС ЧУВСТВОВАНИЮ
История одного фото.
С новым годом! (фотографии Паршека)
Здорового тела здоровый дух.
СТЕРЕОТИПЫ / Морок ума и восприятие явления как есть.
Обмен ресурсами.
Жизнь и Учение П. К. Иванова в судьбах людей.
О практике
C Новым годом!
ПАРШЕК ГОВОРИТ
Образы и символы в Учении.
Для тех, кто на форуме первый раз.
Вопросы по поводу закалки-тренировки Учителя Иванова
Изменяющееся понятия текста ГИМН ЖИЗНИ, как конечное понятие его Автора
П. К. Иванов Неправда
Проход Туапсе - Сочи
Мысль не отделяй от дела. Прочитал - хорошо, но главное - ДЕЛАЙ!.
Продолжительное терпение
Семинар встреча в Набережных Челнах 2017 г.
О войне
День рождения
«Эволюция сознания». Оксюморон? :)
Пузырек 27.10.1966 14.11.1966
БУДТЕ ОСТОРОЖНЫ ЛЮДИИИИ!!!!!!
Пусть говорят.
Конференция в Набережных Челнах (октябрь 2016)
.
Будет ли этому всему начатому конец
"Смерти как таковой нет"
Знаете ли вы?
П. К. Иванов "Победа моя"
Правила форума.
Паспорт
Доктор будет лечить [1966 года 27 апреля… ]
Жизнь и смерть
20 февр. 67 лет
Чивилкин бугор
Три атома Учителя
ТЕМАТИЧЕСКИЕ ПОДБОРКИ ИЗ ТЕТРАДЕЙ УЧИТЕЛЯ ИВАНОВА П.К.
Враг [одежда пища жил дом… ] 12.06.1966.
ПОБЕДА МОЯ
ПОБЕДА МОЯ
Библиотека трудов Учителя П.К. Иванова
Для снов 1966 г. 17 сентября
Вода 1959 год
Разбираться в Деле Учителя
Форум это что?
Требуется помощь
9 мая
25 АПРЕЛЯ
Гимн Жизни
Вода 14 нояб. 1959 г.
Просьба 01.04.1966г.
Закалка-тренировка 1958 г.
Две пути 01.08.1966 25.08.1966
Аллергия как справиться
Закалка и люди 26.11.68
1967 года Якобы работая в снабжении
Опыт моего дела (Пётр).
Тракторист 07.01.1966 г.
Учитель Иванов "НАЧАЛО"
Человек [Я родился как усе…] 20.05.1966.
Гроза 1 апр. 1968 г.
Жизнь независимого человека Партия 27 мая 1965 г
Партия 1965 г
Вода 14 ноября 1959
Поделись своей маленькой ошибкой
Совет
Бык 191 стр. 2 окт. 1972 г.
Я герой 15 августа 1962 г.
Победитель природы это буду я
Мы боимся войны 1962 г
Письма Учителя 1962 г
Войны никогда не будет
Закалка-тренировка 1958 г.
Моей закалке задают заинтересованые люди вопросы 22 февраля 1960 г.
Вера верою а дело делом
Книги по почте
Человек 1 сентября 1975 г.
1 сентября 1962 г.
Мой практический поступок 1958
Нам нужна польза 1960г.
Как будет надо избавиться от ракового заболевания человеку
С утра обливаться после завтрака!
Силы жизни в себе раскрывать
Я или вы 22 марта 1966 г.
Две пути 01.08.1966 25.08.1966
"Ум от сатаны"? (Список конкретных последователей и их адресами проживания)
Бедные мы люди 1965
Поддержите!) новичок!
Откудова Я эту мысел узял что таким стал 1966г.
.
Не получается войти на форум.
Впоследствии человек не будет умерать 10.10.1966
Сентябрь
ОРИГИНАЛ писем Учителя
Мука 1970 г. 7 дек
Это буду я 1966 г.
Чивилкин Бугор. Губа 1978год
Закалка и люди продолжаются 10 дек. 1968 г.
Моя закалка. 10.10.59
Для чего человек живёт у природе 1958
Моя закалка [Я закалился…] 18.07. 1958
Довольно наши тела мучат уколами
2.0 РОЖДЕНИЕ НОВОГО ЧЕЛОВЕКА "УЧИТЕЛЬ П.К. ИВАНОВ 1935"
1.0 Труды Учителя, взятые из Серии "Рождение нового человека"
БОГ ПРИШЕЛ НА ЗЕМЛЮ ДЛЯ СПАСЕНИЯ ЧЕЛОВЕКОВОЙ ДУШИ
Солнышко 1965
Я не вашей дорогой иду 1966
Календарь - ежедневник 1967
День Рождения П. К. Иванова
1977 Бог то Бог но не будь сам плох
Первые минуты такой час (строка) 1977 1 янв (собрана)
Верблюд продолжение 1972
Маяк [Слушайте слушайте… ] 27.01.1966- 22.02.1966 . 195стр.
Автомобиль Волга
Время ишло проталкивалось
20 февр. 67 лет
Муха 1965г. 6 окт.
Учитель в снах
1960 года утром 13 июля
Что будет 10.12.1966
1958 Для истории пройдено по природе
1959 Вклад семилетнего плана
1959 Вопросы учёных
1962 г. 24 июля Рак
1965 г. 1 ноября Теория и практика
1966 Мы 25 янв.
1967 г. 12 июля Природа
1967 г. 12 июля Природа
1966 Мы 25 янв.
1965 г. 1 ноября Теория и практика
1962 г. 24 июля Рак
1960 года утром 13 июля
1959 Вопросы учёных
1959 Вклад семилетнего плана
1958 Для истории пройдено по природе
Что будет надо сделать чтобы быть как Иванов 04.06.65
Что будет 10.12.1966
Чего хочет независимый человек 13.07.1966
Ученым людям 1966 г. 20 сент.
Утром в пять часов 1960 г. 13 июля
Туз бубновый 1967 г. 5 фев.
Товарищи 1958 г
март 1958 г.Скоро будет жизни конец
Природа 1967 г. 12 июля
Почему я должен бросить кушать 1965 г.
Почему человек умирает 1965 г.
Почему человек не должен кушать 1965 г. 7 июля
Польза неумираемая а вред жить не будет 1958 г. 9 марта
Муха 1965г. 6 окт.
Рак 1962г. 24 июля
Откуда я эту мысль взял что таким стал
Одно идущее другое обратно 31.10.66
История и метод моей закалки 1951 г.
10.04.65 Алмаз Резаевич
Будет тема писаться о новом человеке 1967 г.
Технический вопрос к Петру
20 февр. 1965 г. 67 лет
Как оставлять файлы на форуме.
Конференция в Набережных Челнах (октябрь 2016 отчет)
Зернышко начального рака
Время ишло проталкивалось
Якобы работая в снабжении
Закалка и люди продолжается 1968г. 26 нояб
КОЗЁЛ (661217 ; рук.; PDF ; 195 стр.)
КАК ИЗБАВИТЬСЯ ОТ ЗАБОЛЕВАНИЙ И СТАТЬ ЗДОРОВЫМ (670213; печ.; PDF; 4 стр.)
нужна помощь очень
Притчи. Мудрость народная.
ЭТО ЛЮДИ ПРОДОЛЖАЮТ ИЗУЧАТЬ ПОНИМАТЬ ЭТОТ БУГОР ГДЕ РОДИТСЯ ЧЕЛОВЕК НОВОГО ХАРАКТЕРА (750610 ; рук.; PDF ; 194 стр.)
СЕКС
ЗАКАЛКА И ЛЮДИ (продолжение) (681210 ; рук.; PDF ; 96 стр.)
ЗАКАЛКА И ЛЮДИ (продолжение) (681126 ; рук.; PDF ; 96 стр.)
ЗАКАЛКА И ЛЮДИ (продолжение) (670527 ; рук.; PDF ; 195 стр.) ;
ЗАКАЛКА И ЛЮДИ (начало) (670402 ; рук.; PDF ; 194 стр.)
Работа без названия в начале (1960г.; рук.; PDF; 28 стр.)
ЧТО ДОЛЖЕН ДЕЛАТЬ ЧЕЛОВЕК СО СВОЕЙ НЕЗАВИСИМОЙ ИДЕЕЙ (1960г.; рук.; PDF ; 9 стр.)
АКАДЕМИЯ МЕДИЦИНСКИХ НАУК С.С.С.Р. (600702 ; рук.; PDF ; 16 стр.)
НАМ НУЖНА ПОЛЬЗА НО НЕ ПРОГРЕСС ВРЕДА (600617 ; рук.; PDF, 33стр.)
Бедные люди 1965 г. 3 авг.
Предложение 1965 г. 19 фев.
Если я знаю 1964 г. 25 мар.
ПОСЛЕДНЯЯ ВОЙНА
ОПЫТ ВЫХОДА В ПРИРОДУ ПО ИДЕЕ УЧИТЕЛЯ 2015 ГОД
Порадуйтесь за научный труд Учителя!
История человеческой жизни 1966 год
ВЕРА в СЕБЯ
Мы
СОЗНАНИЕ - РЕАЛЬНОСТЬ. Все внутри - познай себя.
Как же дышать?
Земля
Маяк 27.01.1966- 22.02.1966 г.
Человек
Выпуски "Учение Учителя Иванова"(размышления об Учителе, его Идее и о практике следования Его советам)
1998 год. Материалы встречи:"Роль и место движения последователей Учителя Иванова в современной жизни"г. Н. Челны.
Плуг 1970
Паршек продолжение другой дороги 1960
Закалка и люди продолжение 1967
Ежедневник 1977 год он годам начало
Можно ли воздержание в любой день недели?
Солнышко 1965
Сентябрь 1966
Закалка и люди 1967
Поздравление всем с 25 апреля!
Водитель 25 ноября 1969 г.
СОВЕСТЬ / Формирование ясного всем понятия об этом явлении.
Верблюд продолжение 1972
Календарь - ежедневник 1967
Я не вашей дорогой иду 1966
Солнышко 1965
Ворота продолжаются 20 марта 1973
Я стал было думать 26.10.1973
Сервисные работы
Вторая тетрадь о водительской жизни 29.01.1970
Журнал "Огонёк" 1982 год
Близорукость можно ли победить ?
10 АПРЕЛЯ
Это буду я
Это буду я
Это буду я
Это буду я
Это буду я
Предложение
Жизнь и смерть
ОРИГИНАЛ писем Учителя
Про бодрствование!
Мука 1970 г. 7 дек. Оригинал.
боль между лопатками (возможно) из-за обливания
Мука 1970 г. 7 дек
Грипп можно ли обливаться?
Re: Паршек 1983 год
Люди продолжение
Люди
ОРИГИНАЛ писем Учителя
Встречи с Учителем. Воспоминания.
Патриарх Кирилл - Епископ Русской православной церкви
Книги Д.В. Гончарова
Краткое содержание, прочитанных тетрадей.
ОРИГИНАЛ писем Учителя
Сентябрь 1966 г.
"Паршеково дело сделать без усякой такой ошибки.
Вопрос о терпении и воздержании без пищи и воды
НОВЫЙ ЧЕЛОВЕК 1967 г.
Учёным людям 20.09.1966 21.10.1966 г.
Впоследствии человек не будет умерать 1966г.
Один против другого 26.11.1966 01.12.1966 г.
Одно идущие другое обратно 31.10.1966 31.12.1966 г.
Пузырек 27.10.1966 14.11.1966 г.
Откудова я эту мысель узял 20.09.1966 11.10.1966 г.
Факт: любой вопрос не останется без ответа
Две пути 01.08.1966 25.08.1966 г.
Что такое смерть и её власть?
40 дней голодания на воде ?
Просьба 01.04.1966 г.
Враг 12.06.1966. - 09.07.1966 г.
Доктор будет лечить 1966 г.
Мы у ней трое садились
Цифры
НАЧАЛО
Человек 20.05.1966. - 25.07.1966 г.
20.05.1966. - 25.07.1966 г.
Человек 20.05.1966. - 25.07.1966 г.
Человек 20.05.1966. - 25.07.1966 г.
Я не вашой дорогой иду 03.1966 г.
Я или вы 22 марта 1966 г.
Тракторист 07.01.1966 г.
Мой подарок молодежи
Гроза
Parshek.ru
Сны апрельские
Секта, что это такое или "уход от удержания".
Не могу найти раздел темы "Человек с Востока" / "Пар-си-фаль"
Перечень трудов Иванова П.К.
Солнце
Манипуляция сознанием
Сохранность и учёт письменного наследия Учителя
Солнце
Солнце
Жизнь человека она себя заставляет
Жизнь моя
Если вы мою идею признали как практику
Если я знаю мне будет хорошо
Учёным людям
Cолнце
Сон мой
Самая плохая дорога хуже не может быть
Вторая тетрадь о Водительской жизни продолжается писать 7001.01 192стр. скан.
Магнитофонная запись .
Здорового тела здоровый дух
Cемья ли моя или ихнея
Дочь 1968 г. 10 марта
Дорога 1967 г. 14 сентября
Довольно наши тела мучить уколами
Для чего человек живёт у природе
Для чего мы трудимся 1965 г.
Для писем
Две пути 1966 г. 1 августа
Две пути 1966 г. 1 августа
Две пути 1966 г. 1 августа
ЧАЙ
Теория и практика
Теория и практика
Психо - технические приёмы пробуждения.
Порфирий...
Манифест . Прощение жизни за прошлое.
Жизнь независимого человека Партия 27 мая 1965 г
Жизнь независимого человека Партия 27 мая 1965 г
Здоровый образ жизни - новый приоритет России
Партия 1965 г
Партия 1965 г
Опыт освоения жизни без еды и питья воды.
ЧЕЛОВЕК / Формирование ясного всем понятия об этом явлении.
Две дороги
Дальше не будет жизни
Государство
Геологоразведка 1970г 22 октября
Вы меня такого в нашей жизни практика крепко извините
19.12.72 Ворота
Вопросы ученых, что может быть лучше для здоровья человеку
Вопрос
Володя
Войны никогда не будет человека с человеком
Вода
Вода
Вклад семилетнего плана
Верблюд
СООТВЕТСТВОВАТЬ / Отвечать за слова по совести
ЛЮБОВЬ / Формирование ясного всем понятия об этом явлении.
События на Украине,как часть жизни и практики последователей
Обливание!!!!
Здравствуйте Зоряна!
Вера самого больного в дело
Вера верою, а дело делом
Бык
Будет это
Будет тема писаться о новом человеке
Болезнь-1958
Бог то бог но не будь сам плох
Бог то бог да не будь сам плох 10.07.66
Бог пришел на землю для спасения человековой души
Бог
Блокнот
Балтика (Это будет и обязательно будет)
в Архив
Арктика
А в человековом теле самое главное наше дело
Совет
Порфирий Иванов - безсмертный просветленный мастер
Я герой
Победитель природы это буду я
Путь одна
Письма Учителя 1962 г
Мы боимся войны 1962 г
Какая тяжёлая жизнь на Земле
Войны никогда не будет
Вера самого больного вдело
Вера верою а дело делом
Закалка-тренировка 1958 г.
Моей закалке задают заинтересованые люди вопросы 22 февраля
Катя 1962 г 31 декабря
Для датых в Архив Иванова
Дорога
Человек 1 сентября 1975 г.
Посвящается Порфирию Иванову.
1 сентября 1962 г.
ВОПРОС.... ПРЕДЛОЖЕНИЕ...
15 апреля 1957 г.
27 января 1957 г.
Вопросы
Нам нужна польза 1960г
Порфирий Иванов: не сказанное при жизни. Откровения духа
МОЯ ЗАКАЛКА. (59.10.10.) подстрочник
Как будет надо избавиться от ракового заболевания человеку
Информация к размышлению
ЭТО НАДО. (78.08.10.) Копия рукописи с подстрочником
Письма Юре Опрышко от Учителя
Хозяин природы один
Письмо секретарю КПСС
Уважаемые товарищи
Товарищи
Просьба
Письмо Учителя Иванова 22 мая 1960 г.
Николаю Лежко Моя закалка
Нам нужно всем одно
Нам не надо болезни нам надо здоровье
Моя закалка 1958 г.
Мой практический поступок
Острохондроз
Министерству здравоохранения СССР
Идею никто не может беспокоит
Довольно наши тела мучат уколами
Выступление перед убежденцами
Болезнь
1959г. 16марта В передовище
Моя закалка [Я закалился…] 18.07. 1958
Для чего человек живёт у природе 1958
Прием медикаментов и сухое голодание.
Система Порфирия Иванова и православная религиозность
сердечный приступ
Человек это Природа - - - - 05.03.1953
Моя закалка. 10.10.59. 174 стр
ЧЕЛОВЕК ЭТО ПРИРОДА (53.03.05) подстрочный текст
Как научиться прощать?
Вопрос про воду
Между нами такими людями...
Природный человек
Гимн
Одежда осень-зима
История и метод закалки.
Начало
ТОЧКА ЗРЕНИЯ
Голодание при гастрите и язве.
Иванов и Библия
Каталоги тетрадей Иванова П.К.
М. ВОЛОШИН
Две дороги
Закалка тренировка от жары и от холода и голода
Система Иванова и изначальная энергия
МЫ
Ищу человека!
А для ЧЕГО ты это будешь делать?
паническая атака
здравствуйте, вопросы новичка.
Понимание добра и зла при выполнении Детки
Некоторые улучшения сайта i-pk.ru
ощущение,что это?!!!!
Жизнь "для себя"
Чивилкин Бугор. Губа 1978год
Бег
Пятый совет "Детки"
Паршек из закалкой тренировкой
Дорогие последователи!
Ричард Бах. Чайка по имени Джонатан Ливингстон.
"Природа" 1933 год 2 июля
Паршек 1981 год
Игорево дело.
Игорево дело
Я заболел болею очень
Жизнь "для себя"
Ежедневник 1973 г.
Автомобили и последователи системы.
Варикозное расширение вен.
Пять рублей 1958 г.
Для писем
Закалка и люди продолжаются 10 дек. 1968 г.
Вьюга
Сказка " Говорят что это было"
Незабываемое
Люди продолжение
Батько отец украинской родной
Такси
Заколдованное кольцо
Помогай людям чем можешь.
Продолжение "Арка Свободы"
Паршек продолжатель дела
Нужна помощь!
Сбой на сервере.
Это надо
Большая просьба ко всем!
Чудеса, даримые Учителем!
Ivanov's Follower in the Canadian Arctic
" Закалка и люди " 26.11.68 (2)
Это люди продолжают изучать понимать этот бугор...
Закалка и люди (продолжение)
Закалка и люди (начало)
Стремление жить в победе !
Паршек родился на Украине
Паршек 1983 года 1 января
Паршек 1978 год
Государство
Раз один два и три
Просьба
Опыт молодых
Один человек в поле воин
Для истории пройдено по природе закалкой тренировкой...
ОДИН Целый Человек
Что будет дальше 2 часть
"История и метод моей закалки" рукописный текст.
Сердце
Катя 1965 года 3 мая
Спорт и голодания
Бог то бог не будь сам плох
интуиция
Катя
Смысл жизни
Бог пришёл на землю для спасения человековой души
Что будет дальше
Ростов на Дону
... повторять чужие ошибки.
Юрий Иванов
Пути и к коммунизму
Вода
П. К. Иванов,"Знаю что не раз была воспета ...."
П. К. Иванов, Моя закалка
1933 год 2 июля
Практика выполнения 9 совета Детки
Вопрос о воздержании в воде.
Хотим приобрести ваш форум
Информация на английском или испанском
голодание - почки - острые инфекции
4 мифа о прощении
Весеннее обострение
Бык
Он меня заставил думать
Сознательное терпение
114 годовщина со Дня Рождения П. К. Иванова.
Значение волос на голове.
Рак
рак и система Иванова
Помогите преодолеть страх
В ожидании
Новый день.
Универсальная электронная карта
головная боль и горло
Как сочетать обычный душ с обливанием?
Я жил в Сулине
Помогите! Лейкемия!
Вытирание после обливания.
Возникла одна житейская ситуация
Наши жилища
КОМУ ОБЛИВАНИЕ ПОМОГЛО ИЗБАВИТЬСЯ ОТ КРАПИВНИЦЫ?
Как быстро просматривать форум?
История и метод моей закалки.
Москва
судороги ног
Письма.
Вопрос: здоровайся со всеми...
Вопрос про алкоголь
Прошу совета при гайморите
Насекомые
Как начать обливаться сыну (4 года)?
методика по восстановлению после инсульта
Золотарев "Трилогия о Порфирии Иванове
секта
Новинки книг
Язва и панические атаки
Обливание при температуре
Как завлечь близкого человека в обливание
родовое проклятие
kurenie
Прошу еще совета
Экопоселения
cлучай в 1998 году, в доме здоровья
Очень важные вопросы
Донорство крови
Давайте разберём Детку по пунктам
Помогите найти информацию о длительных воздержаниях
Чивилкин Бугор. Губа
Подскажите, с чего начать?
Прошу прояснить еще кое-какие вопросы
Обновление сайта sistemaivanova.narod.ru
Нужен совет бывалых (купание зимой)
Интересное интервью, для тех у кого ещё много вопросов :)
Вопрос про обливание на улице
Книги об Учителе и опыте Ю. Иванова
Школьник
Встречи в Москве
О реабилитации Порфирия Корнеевича Иванова
Встречи поледователей в Москве
У ребенка болят ступни ног
Обращение к учёным.
Обращение к молодёжи
Что делать, если ...
Вопросы от новичка
первое воскресенье октября
С чего начать?
Как создать сайт, подключить этот форум на другом сайте?
Что вы думаете, в чем причина трагедии?
О силе мысли
Письма и размышления последователей.
Нужен человеческий совет
Бог пришёл на землю для спасения человековой души.
ФИЛЬМЫ в сети Интернет
Здравствуйте) Вопрос о насморке
Жизнь и Учение П. К. Иванова в судьбе народа.
Отказаться от мобильника?!
Деньги, финансовый кризис через призму тетрадей (цитаты)
К 111 годовщине со дня рождения Учителя П.К. Иванова
Ищу единомышленников в Штуттгарте/Германия
Технология обливания
Факт: любой вопрос не останется без ответа
Помогите с советом .
Нужен совет опытных практиков
О новой брошюре в разделе книги
Об удивительной закономерности
Во сколько обливаться
Дело!
Что это? Откуда этот вариант детки?
Есть ли в учении Учителя Иванова место Иисусу Христу?
Помогите. Сложности с 9-м советом.
Занятия когда простудился
Головной убор
Здравствуйте, дорогая Анна и все посетители сайта!
Магнитофонная запись, Москва, 1975 год.
спам-генераторам
голодание - почки - острые инфекции